Л.В.Снедкова
г.Самара, Россия
Задачей первого этапа исследования явилось изучение профилактической активности
нифедипина и уточнение дифференцированных показаний к назначению его для предупреждения
рецидивов аффективных и шизоаффективных психозов.
Превентивное лечение нифедипином получал 21 больной (10 мужчин и 11 женщин)
в возрасте от 19 до 67 лет (средний возраст 43,6+-3,1 года). С диагнозом эндогенного
аффективного психоза было 12 больных, шизоаффективного - 9. Длительность заболевания
составляла от 3 до 49 лет (в среднем 16,0+-3,06 года). По условиям отбора материала
исследования у каждого больного до начала лечения нифедипином (в контрольном
периоде) имелось не менее 1 фазы в год.
Нифедипин назначали ежедневно 2-3 раза в день, в сточной дозе 20-60 мг (в большинстве
случаев 30-40 мг). Больные получали нифедипин в течение 1-3 лет (в 71,4% случаев
течение 2-х лет).
Сравнивались клинические показатели динамики заболевания в контрольном (до
начала лечения нифедипином) и экспериментальном (лечебном) периодах, равных
у каждого больного по продолжительности. Оценку профилактического эффекта нифедипина
проводили по следующим параметрам: общей длительности пребывания в болезненном
состоянии, суммарной длительности и частоте аффективных фаз, их средней продолжительности.
Те же показатели определялись отдельно для маниакальных (гипоманиакальных) и
депрессивных (субдепрессивных) фаз.
Эффективность нифедипина оценивали по 3-балльной системе и определяли по значению
коэффициента отношения частоты и длительности фаз после лечения к таковым до
лечения.
Проведенное лечение показало, что нифедипин вызывает выраженный противорецидивный
эффект, который наблюдался в 76,2% случаев. В сравнении с контрольным периодом
продолжительность аффективных фаз уменьшилась на 44,8%, частота фаз - на 40,4%.
Положительный терапевтический эффект был особенно выражен при маниакальных
расстройствах (наблюдался переход расстройств на субклинический уровень). Профилактическое
действие нифедипина было более выражено при аффективных, чем при шизоаффективных
психозах (91.7 и 55,6% случаев соответственно) и лучше при биполярных расстройствах,
чем при монополярных (84,6 против 62,5%).
Побочные явления при лечении нифедипином имели место только у 5 больных (в
23,8% случаев), были выражены незначительно и не препятствовали продолжению
превентивной терапии.
На втором этапе исследования превентивная терапия нифедипином использовалась
для повышения недостаточного эффекта предшествующего профилактического лечения
карбамазепином.
В группу больных, получавших предшествующее профилактическое лечение карбамазепином,
входило 11 человек. Из них было 9 мужчин и 2 женщины в возрасте от 28 до 61
года (средний возраст 43,9+-5,4 года), с давностью болезни от 8 до 27 лет (средняя
длительность болезни 15,4+-2,9 года). Из них было 6 больных (54,5%) аффективным
расстройством и 5 (45,5%) - шизоаффективным. У всех больных наблюдался биполярный
тип течения заболевания. Для исследования были отобраны пациенты, у которых
превентивный эффект карбамазепина в контрольном периоде был недостаточным (6
больных), либо имелись побочные яления карбамазепина, мешавшие дальнейшему лечению
этим препаратом (4 больных), либо имело место сочетание обоих этих условий (у
1 больного).
При дифференцированной оценке эффективности профилактической терапии карбамазепином
по таким же градациям, какие были приняты для оценки профилактического действия
нифедипина, значительного эффекта от профилактики карбамазепином не отмечалось
ни у кого из больных, а как средний был расценен профилактический эффект карбамазепина
у 6 из 11 больных (54,5%). У остальных 5 больных эффект карбамазепина, практически,
отсутствовал. У 5 пациентов (45,5%) имелись побочные явления разной степени
выраженности (головокружение, чувство подташнивания, затруднения при чтении
и письме, пошатывание при ходьбе).
При анализе профилактического воздействия нифедипина на динамику заболевания
и сравнении его с профилактической активностью карбамазепина за одинаковые отрезки
леения у одного и того же больного сравнивались показатели динамики болезни
на лечении карбамазепином (в контрольном периоде) и на лечении нифедипином (экспериментальный
период).
Суммарная длительность фаз (приступов) за 2 года лечения нифедипином сократилась
на 20,1%. Заметно уменьшилась суммарная длительность депрессий - на 25,2%, хотя
их количество, по сравнению с контрольным периодом, стало на 31,8% больше, т.е.
депрессии стали более частыми и более короткими. Показатель суммарной длительности
маний уменьшился на 23,8%, при этом несколько уменьшилось и их количество (на
6,3%). Особенно заметным был здесь, по сравнению с контрольным периодом, переход
на субклинический уровень аффективных расстройств. Если даже длительность гипоманий
в общей длительности маниакальных состояний к концу 2 года профилактического
лечения карбамазепином составляла всего 1,9%, то при лечении нифедипином она
возросла до 12,9%. Соотношение показателей суммарной длительности депрессий
почти не изменилось и даже несколько уменьшилось (на 4%), но доля количества
субдепрессий в общем количестве депрессий немного возросла - с 66,8% до 74,9%.
На 2 году лечения нифедипином, по сравнению с 1-м годом лечения, наблюдалась
положительная динамика изменений основных клинических характеристик болезни,
т.е. имело место нарастание положительного эффекта нифедипина.
При оценке профилактического эффекта нифедипина количество респондеров составило
63,6% (7 больных из 11), из них 1 был оценен как респондер со значительным эффектом,
6 - с хорошим. При анализе динамики и особенностей видоизменения психопатологических
расстройств под влиянием профилактического лечения нифедипином отмечалось более
выраженное влияние на маниакальную симптоматику по сравнению с депрессивной.
Более заметным было воздействие нифедипина на ассоциативный компонент маниакальной
триады и на повышенное настроение. Менее выраженным было лечебное воздействие
нифедипина на симптомы раздражительности и гневливости, которые сохранялись
несколько дольше при относительно равномерной редукции остальных симптомов.
Изменения в динамике депрессивной симптоматики во время фаз (приступов) были
не столь выражены, но депрессии протекали субъективно легче, чем в контрольном
периоде, больные меньше жаловались на тоску и чувство общего дискомфорта, уменьшались
соматические проявления депрессии.
В процессе лечения нифедипином в течение 2-х лет побочные явления наблюдались
у 4 больных (36,4%). Во всех случаях они были выражены незначительно и отмены
препарата не потребовали. Среди них отмечались: сухость во рту (18,2%), субъективно
приятное чувство легкости (18,2%), преходящие затруднения при засыпании (9,1%).
Можно заключить, что нифедипин обладает превентивной активностью в отношении
аффективных фаз (приступов), в целом не уступающей профилактической активности
солей лития карбамазепина. Ранее нами установлено, что спектр его действия схож
с таковым у солей лития и имеет, подобно солям лития, преимущественно антиманиакальную
активность. Однако в спектре предупреждающего действия нифедипина его антидепрессивная
активность оказалась, по данным исследования, более выраженной по сравнению
с карбонатом лития. В то же время нифедипин, по-видимому, уступает по антидепрессивной
профилактической активности карбамазепину. Конечно, о профилактическом эффекте
нифедипина можно судить только с учетом уже имеющегося эффекта профилактического
лечения карбамазепином, т.е. с учетом терапевтического патоморфоза аффективных
расстройств на лечении карбамазепином. Превентивные свойства нифедипина и малая
токсичность позволяют рекомендовать его в случаях недостаточной профилактической
эффективности, резистентности и непереносимости не только карбоната лития, но
и карбамазепина.
